Таня Гроттер и молот Перуна - Страница 48


К оглавлению

48

Правда, сегодня Таня помалкивала. Она вдруг собразила, что если уйдет к Пупперу, то Ванька достанется Зализиной. ЕЕ ВАНЬКА ДОСТАНЕТСЯ БЕДНОЙ ЛИЗОН!!!

Размышляя об этом, Таня прослушала первые фразы Соловья и поймала лишь самый конец того, что он говорил.

– …будем два раза в день по четыре часа. Я постараюсь, чтобы драконбол снился вам даже ночью. Если среди вас есть слабаки – они должны отсеяться еще на тренировках. Лучше сражаться в сокращенном составе, чем выводить на поле драконье мясо… А теперь пару слов о нашей новой тактике…

Печать Магщества на пергаменте ехидно замерцала. Приглядевшись к ней, Соловей буркнул дрыгус-брыгус, вдруг оглушительно свистнул ей в ухо. Да-да, именно в ухо! В тот же миг печать превратилась в толстого подслушивающего хмыря. Приседая от страха, оглохший хмырь торопливо умчался к ангарам. За ним с улюлюканьем гнались джинны.

Тренер покачал головой.

– За что я люблю Бессмертника Кощеева, Калиострова и Тиштрю – так это за то, что они не дадут соскучиться. Эта троица не согласна, что меньше знаешь – крепче спишь. Они хотят знать абсолютно все. А теперь подойдите ближе и смотрите сюда! И упаси Древнир кого-нибудь наступить на мои схемы!

Соловей О. Разбойник взмахнул рукой и появившейся тростью стал чертить на снегу тактический план матча.

Глава 10
Таньки грязи не боятся

Герман Дурнев проснулся в полночь от странного беспокойства. Он лежал, смотрел в потолок и ворочался с боку на бок, не понимая, что с ним происходит. Тетя Нинель, огромная, как снежная гора, лежала под одеялом и сладко посапывала носом, однако дядя Герману не становилось от этого спокойнее.

Он встал и вышел из спальни. Дверь в его кабинет была приоткрыта. Из щели пробивался голубоватый мертвенный свет. Подкравшись поближе, дядя Герман осторожно заглянул в кабинет. Первое, на что наткнулся его взгляд, была сброшенная лягушачья кожа, валявшаяся посреди комнаты. Это она разливала потусторонний свет.

В глазах у Дурнева запрыгали веселые пудельки надежды.

– Беатриса! – негромко окликнул он, мечтая невесть о чем. – Беатриса!

Никто не отозвался. Лишь из соседней комнаты, где был шкаф, послышался нечеткий звук. Дядя Герман ринулся туда.

У приоткрытого шкафа стояла огромная расплывшаяся тетка, рядом с которой тетя Нинель имела все шансы сойти за Дюймовочку. Одной рукой она быстро выбрасывала из шкафа вещи, другой же алчно тянулась к короне графа Дракулы, которая лежала на средней полке рядом со шпагой и сапогами. Возле нее на полу валялся мешок, явно магический, судя по тому, что завязками мешка служили две живые кобры.

– А где Бе-беатриса? – машинально спросил дядя Герман.

Громадная тетка повернулась. Ее нос был похож на перезревший огурец, а громадное лицо, казавшееся в полумраке белым, бугрилось всевозможными шишками и наростами.

– Здесь я, мой птенчик! Прилетел-таки? Иди сюда! Тебя я лаской огневою… а, сладкий мой?.. – явно глумясь, сказала она грудным голосом.

– Н-не надо! – испугался дядя Герман.

Дама нехорошо осклабилась.

– Так ты отказываешься обжигаться и опаляться? Я, признаться, так и думала. Все вы такие, лопухоиды! Поматросили и бросили! – спокойно сказала дама, бесцеремонно пряча корону в мешок.

Почти сразу за короной последовали и сапоги. Поняв, что еще минута и он лишится всего, дядя Герман прыгнул вперед, пытаясь вцепиться в рукоять шпаги.

Беатриса Премудрая даже не попыталась ему помешать. За нее это сделала шпага. Она взвилась и ножнами бесцеремонно толкнула Дурнева под ложечку. Дядя Герман упал на ковер и судорожно закашлялся.

– Почему? Почему она меня не узнала?

– Не выйдет, милый мой! Видишь этот амулет на рукояти? Я хорошо подготовилась. Пока он здесь, шпага не узнает тебя. Дядюшка Сэм будет доволен. Его коллекция магических вещиц пополнится несколькими интересными экземплярами. Я же наконец получу магйорские погоны, – хмыкнула Беатриса, хладнокровно пряча шпагу в мешок.

– Так ты не Беатриса, ты шпионка дяди Сэма? – потирая грудь, спросил Дурнев.

– Зачем же так грубо? Я магфицер разведки, первый национальный отдел трансформаций. Мое настоящее имя Бриджит Магвузер… однако не думаю, что в Потустороннем Мире эта информация тебе пригодится. Я собираюсь убить тебя, яхонтовый мой. Напрасно ты проснулся сегодня ночью, ох напрасно!

Беатриса Прекрасная, она же Бриджит Магвузер, достала кольцо, состоящее из нескольких серебристых спиралей и завершавшееся небольшим выступом.

– Магический перстень с глушителем… Искры невидимы, не оставляют следов и ожогов. Симптомы смерти – инфаркт. Именно такой диагноз поставят при вскрытии. А теперь стой смирно. Ненавижу тратить много магтронов! – пояснила она, неторопливо накручивая кольцо на палец.

Надев кольцо, Бриджит подышала на него и протерла рукавом, пробурчав, что уже три месяца никого не убивала и что от этого запросто можно потерять квалификацию.

– Коронале мортале отбрыкус! – громко произнесла она, вытягивая руку, однако дядя Герман не собирался ждать, пока его прикончат.

Прежде чем искра оторвалась от кольца, самый добрый бывший депутат был уже в коридоре. Скользнув следом, искра наткнулась на вешалку, запуталась в песцовой шубе тети Нинели и погасла.

А Дурнев был уже у себя в кабинете. Здесь он поспешно щелкнул выключателем и нырнул под письменный стол. Спустя несколько секунд в комнате появилась Бриджит Магвузер и не спеша начала искать Дурнева. Самый добрый депутат видел ее подагрические толстые ноги.

– Не прячься, сладкий мой! Умри достойно. К чему все эти фокусы? Минутой раньше – минутой позже, тебя это все равно не спасет, – ворковала Бриджит Магвузер.

48